Поиск

Биографии писателей и поэтов

АБВГДЕЖЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ

Аксаков Сергей Тимофеевич

Аксаков Сергей Тимофеевич

АКСАКОВ, Сергей Тимофеевич родился [20.IX (1.Х). 1791, г. Уфа] в старинной небогатой дворян­ской семье – писатель.

Детство провел в Уфе и в родовом имении Ново-Аксакове. Не закончив Казанского университета, переехал в Петербург, где работал переводчиком в Комиссии по составлению законов.

В 1827-32 служил в Москве цензором.

В 1833-38 —инспектором Константиновского межевого училища, затем — директором Константиновского межевого института.

С 1843 жил преимущественно в подмосковном имении Абрамцево.

Во 2-й половине 20-х — начале 30-х гг. занимался театральной критикой, высту­пал против эпигонов классицизма и ру­тины в сценическом искусстве, призывая актеров к «простоте» и «натуральности» исполнения.

Аксаков С.Т. первым в русской критике понял и оценил то новое искусство, которое несли с собой М. С. Щепкин и П. С. Мочалов. Он смело стал на защиту их твор­чества от реакционной критики.

В 1834 в альманахе «Денница» был опубликован небольшой очерк Аксакова — «Бу­ран». Строгая фактичность и почти авто­биографическая основа очерка как бы предвещала то направление, в каком пой­дет дальнейшее развитие творчества Сергея Тимофеевича «Буран» явился рубежом между двумя главными периодами аксаковской био­графии и началом его деятельности как крупного писателя-реалиста.

С начала 40-х гг. он все более интен­сивно вовлекается в сферу общественных интересов. Его дом давно стал средото­чием культурной жизни Москвы. У Аксакова собираются видные писатели, ученые, ак­теры. Они обсуждают не только положе­ние дел в литературе, театре, но и раз­личные вопросы современной политиче­ской жизни России и Западной Европы.

К этому времени его сын Константин, а несколько позднее и Иван стали вид­ными деятелями славянофильства. Гла­ва дома нередко оказывался свидетелем, а порой и участником оживленных дис­куссий, которые вели здесь представи­тели этого течения. Сергей Тимофеевич во многом был чужд воззрениям славянофилов. Ему претил их догматизм, он не разделял их увлечения немецкой идеалистической фи­лософией. Особенно серьезно расходил­ся Аксаков со славянофилами во взглядах на искусство, в оценке различных явле­ний современной русской литературы. На протяжении почти всей своей созна­тельной жизни он отстаивал реалисти­ческое искусство, глубоко и всесторонне отражающее жизнь. Эстетическая пози­ция писателя не всегда была последова­тельной, твердой, но неизменным оста­валось его убеждение в том, что источ­ником всякого подлинного искусства является действительность и что святая обязанность художника состоит прежде всего в том, чтобы выразить ее правдиво, сурово, без «идеализации».

В середине 40-х гг. здоровье Аксакова С. Т. начало ослабевать, однако, несмотря на недуги, он с большим самозабвением предавал­ся работе.

В 1847 он выпустил книгу «Записки об уженье». Деловито-прозаическое за­главие книги мало соответствовало ее уди­вительно поэтическому содержанию, ли­тературной манере, языку. Описание раз­личных видов рыб сочеталось здесь с глу­боким проникновением в жизнь природы. Книга таила в себе радость поэтического открытия и познания действительности. Написанная, по свидетельству автора, для «освежения» своих воспоминаний и «для собственного удовольствия», рас­считанная, казалось, на узкий круг читателей-рыболовов, эта книга неожи­данно для самого автора обрела очень скоро широкую аудиторию. Об Аксакове загово­рили как о самобытном художнике.

В 1852 выходит 2 книга — «Записки ружейного охот­ника Оренбургской губернии».

А в 1855 третья — «Рассказы и воспоми­нания охотника о разных охотах». В этих книгах еще с большей силой вы­явилась та особенность таланта писателя, ко­торая создала ему славу поэта русской природы.

Охота для Аксакова — это состязание чело­века с природой, в котором победителем оказывается разум, воля, упорство, вы­учка. Охота — это торжество разума и воли человека над природой. Он был тон­чайшим знатоком природы и замечатель­ным искусником в ее изображении.

В 1856 выходит «Семейная хроника»

В 1858 «Детские годы Багрова-внука».

Они занимают главное место в художественном на­следии Аксакова Сергея Тимофеевича. Вместе с «Воспоминаниями» об­разуют своеобразную автобиографическую трилогию. Наиболее значительны в ху­дожественном отношении две первые части. В этих книгах раскрывается перед нами история трех поколений семьи Багрова, то есть самого Аксакова «Семейная хроника» на­писана на материале слышанных автором рассказов матери и отца, семейных пре­даний. Но писатель отнюдь не ограничивал себя рамками воспоминаний. Историк-мемуа­рист сочетался в нем с художником. Вос­создаваемым картинам хроники и ее ге­роям он придавал ту глубину обобщения и типизации, которые присущи истинно­му произведению искусства.

Опираясь на историю трех поколений семьи Багровых, Аксаков воссоздал обширную панораму помещичьего быта конца ХVIII века. Повествование начинается драматическим рассказом о переселении семейства Баг­ровых из Симбирской губернии в новое, уфим­ское поместье. Со всем скарбом, с чадами и домочадцами, со 180 крепостными кре­стьянами, насильно оторванными от сво­их насиженных мест, приезжает Степан Михайлович Багров на новые выгод­но купленные земли. И этот контраст меж­ду радостью, царящей в душе Багрова, и безысходным горем, которым пораже­ны крестьяне, вынужденные за бесце­нок распродать скот, хлеб, избы, домаш­нюю рухлядь и на телегах тащиться бог весь куда, — этот исполненный трагизма контраст сразу же вводит чи­тателя в атмосферу крепостнического быта. Аксаков при этом нисколько не стре­мится быть обличителем. С эпическим спокойствием, порой даже, кажется, с абсолютным бесстрастием воссоздает он потрясающие по своей жестокости кар­тины помещичьего произвола. Припадки гнева Степана Михайловича, во время которых нет никому пощады — ни дво­ровым, ни даже членам семьи, буй­ные «подвиги» Куролесова, расправы с дворовыми девушками, которые учиняет жена старика Арина Васильевна, — все это лишь отдельные элементы той боль­шой и страшной картины «темного цар­ства», которую рисует Аксаков.

С симпатией и душевностью изображает писатель людей из народа — забитых, затравленных, но сохранивших свежесть и непосредственность чувства. Правда, этих людей Аксаков рисует односторонне. Они у него всегда кротки и терпеливы, они мученически несут свой крест и никогда не поднимают голоса протеста против трагических условий своего существо­вания. Сергей Тимофеевич рисует народный быт как нечто неподвижное, устойчивое. Но вместе с тем его книга проникнута искренней любо­вью к простому человеку из народа.

Своим гуманистическим пафосом, прав­дивым изображением уродливых сторон помещичьего строя «Семейная хроника» перекликается с антикрепостническими произведениями Тургенева и Григоро­вич.

Самой большой удачей Аксакова в «Се­мейной хронике», несомненно, является, образ Степана Михайловича Багрова. По глубине и тонкости психологической раз­работки характера, по богатству его об­щественного содержания он может быть назван одним из классических образов русской литературы.

Субъективно Сергей Тимофеевич был чужд обличитель­ному пафосу. Его изображение действи­тельности лишено той страстности и той энергии негодования, которые были при­сущи наиболее передовым писателям середины XIX в., умевшим видеть жизнь глазами народа. Но реализм писателя при всех свойственных ему элементах «созерцатель­ности» обладал такой изобразительной силой и способностью столь глубокого проникновения в толщу жизненных явле­ний, что картины, нарисованные писате­лем, давали читателю громадный мате­риал для критических обобщений.

Шумный успех «Семейной хроники» вы­звал в Аксакове прилив творческой энергии. В течение последующих нескольких лет он написал «Детские годы Багрова-внука», повесть «Наташа» и обширный цикл мемуарных произведений. В преклонном возрасте он снова переживает необычай­ный подъем духовных сил. Его литера­турная деятельность приобретает большой размах.

В течение девяти месяцев Аксаков продикто­вал «Детские годы Багрова-внука» (1858). Эта книга близка «Семейной хронике» по идейной проблематике, композиции, стилю, языку. Вторая часть трилогии пред­ставляет собой такое же широкое эпиче­ское полотно, столь же подробно и досто­верно воссоздающее эпоху, атмосферу помещичьего быта, крепостнических отно­шений.

Но есть в этом произведении и новая тема, существенно отличающая его от предшествующего. Героями «Семейной хро­ники» были старшие члены семьи Багро­вых — ее первое и второе поколения. В этой части трилогии продолжают дей­ствовать те же персонажи, но в центре оказывается уже третье поколение Баг­ровых — маленький Сережа Багров. Его жизнь от младенчества до девятилетнего возраста прослежена пристально и под­робно. Сложный процесс формирования детской души — такова центральная те­ма новой книги Аксакова. Эта тема давно привле­кала к себе внимание писателя.

В русской литературе и публицистике 50—00-х гг. педагогическая тема и морально-этические проблемы занимали видное место.

«Детские годы Багрова-внука» и «Се­мейная хроника» — это произведения, на­писанные в одном ключе — идейном и ху­дожественном. Обстоятельно и подробно выписывает Аксаков в обоих произведениях мельчайшие детали крепостнического бы­та. Повествование ведется с характер­ными повторами, с той наивной непосред­ственностью и иллюзией недостаточной художественной отделки, какая присуща изустному рассказу. Все это вместе с бе­зыскусной разговорной речью и создает своеобразие и обаяние аксаковского стиля.

Одним из важнейших элементов худо­жественного мастерства Аксакова Сергея Тимофеевича является его язык. Особенность языковой и стилисти­ческой манеры произведений писателя состоит в том, что она почти совершенно свободна от ощущения «книжности», от внешней изысканности и обладает той простотой, которая свойственна мастерскому изуст­ному рассказу. Язык Аксакова С.Т. всегда сохраня­ет непосредственность и колоритность, гибкость и выразительность разговорной речи. Мысль в его повествовании как бы выступает сама по себе, совершенно про­зрачной, обнаженной, словно вне сло­весной оболочки.

Последнее десятилетие жизни Аксакова было наиболее напряженным и творчески пло­дотворным периодом его литературной биографии. Имя Аксакова сделалось из­вестным всей читающей России.

Умер — [30.IV(12.V). 1859], Москве.

 
Библиотечные мероприятия | Биографии