Поиск

Биографии писателей и поэтов

АБВГДЕЖЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ

Достоевский Фёдор Михайлович

Достоевский  Фёдор Михайлович

ДОСТОЁВСКИЙ Федор Михайлович родился [30.X (11. XI). 1821, Москва] в семье врача — писатель.

Отец работал врачом в Мариинской больницы для бедных.

С 1833—37 Федор Михайлович учился в московских частных пансионах, затем в Главном (военном) инженерном училище (в Михайловском (Инженерном) замке) в Пе­тербурге.

12 августа 1843, зачислен на службу в чертежную Инженерного департамента.

19 октября 1844, вышел в отставку в связи с решением посвятить себя литературе. Незадолго до этого в печати появился пер­вый литературный труд — перевод рома­на Бальзака «Евгения Гранде» («Репер­туар и Пантеон», 1844, № 6 и 7).

В мае 1845 Федор Михайлович закончил повесть «Бедные люди», начатую в Инженерном училище.

С осени 1845 Достоевский Ф.М. вошел в круг друзей Белинского, но постепенно между ним и другими членами этого круга (Некра­сов, Тургенев) возникла неприязнь, а затем, в начале 1847, произошло охлажде­ние и между Белинским и молодым Достоевским.

В 1847 Достоевский становится участником неле­гального социалистического кружка Петрашевского, а затем, с начале 1849, двух других революционных кружков, соби­равшихся у петрашевцев Н. А. Спешнева и С. Ф. Дурова.

15 апреля 1849 Федор Михайлович читал на собрании у Петрашевского антикрепо­стническое «Письмо Белинского к Гоголю».

Вместе с другими членами кружка Спешнева, ставившего своей конечной целью «произвести переворот в России», он уча­ствовал в попытке организации тайной ти­пографии для печатания противоправи­тельственной литературы и прокламаций.

23 апреля 1849 Достоевский в числе других петра­шевцев был арестован и заключен в Алексеевский равелин Петропавловской кре­пости. Хотя участникам кружка Спешнева удалось скрыть его существование и программу от следственной комиссии, Достоевский все же был признан одним из «важнейших преступников» по делу петрашев­цев и 16 ноября 1849 присужден к рас­стрелу.

22 декабря 1849 в числе других осуж­денных он был выведен на Семеновский плац в Петербурге, где петрашевцы были приготовлены к расстрелу, после чего им был зачитан рескрипт о «помиловании» и замене смертной казни каторгой. Федор Михайлович был осужден на 4 года каторжных ра­бот с выпуском после каторги в армию рядовым.

23 декабря 1849 писатель был отправлен в Сибирь. По дороге, в Тобольске, на пе­ресыльном дворе состоялось его свидание с женами декабристов.

23 января 1850 Дос­тоевский прибыл в Омскую крепость, где пробыл до середины февраля 1854. Описание своего четырехлетнего пребывания в крепости Достоевский дал в «Записках из Мертвого до­ма» (1860—62).

На каторге развилась тя­желая нервная болезнь Достоевского — эпилепсия. После окончания срока каторги писатель был зачислен на службу рядовым в Сибир­ский 7-й линейный батальон, стоявший в Семипалатинске. Лишь после смерти Нико­лая I, по ходатайству героя Севастополь­ской обороны Э. И. Тотлебена, Достоевский был про­изведен в офицеры.

6 февраля 1857 он женил­ся на Марии Дмитриевне Исаевой (урождённой Констант).

18 марта 1859 писателю был разрешен выход в отставку и переезд в город Тверь, а в ноябре — проживание в Петербурге, куда он переехал в конце декабря 1859.

В 1859 появились в печати первые произведения, написанные Достоевским после каторги повести:

«Дядюшкин сон»,

«Село Степанчиково и его обитатели».

В первой из них в лице «дядюшки»- князя высмеян уходящий в прошлое тип стареющего великосветского волокиты, рас­крыта пустота и пошлость нравов провин­циального дворянского общества предреформенной поры; во второй создан пора­зительно яркий образ приживальщика Фомы Опискина, превратившегося в ре­зультате пережитых им в прошлом уни­жений в пустослова, деспота и лицемера.

В 1860 в Москве выходит первое двухтом­ное собрание его сочинений, изданное Н. А. Основским.

Годы каторги и сибирской ссылки сыг­рали переломную роль в развитии Достоевского. Столкнувшись на каторге с представителя­ми многомиллионной крестьянской массы, живя одной жизнью с ними, он остро соз­нает, что народная масса в предреформенной России была проникнута глубоким недоверием к образованному меньшинст­ву, на которое она смотрела как на пред­ставителей того же, веками угнетавшего ее барства. Размышляя над причинами этого недоверчивого отношения народа к дворянской интеллигенции, Федор Михайлович прихо­дит к выводу, что единственное средство для интеллигенции его эпохи сблизиться с народом состояло в отказе от идей «западной», буржуазной цивилизации и в обращении к патриархально-демократическим, религиозно окрашенным идеалам народных масс, основанных, в понимании писателя, на смиренном сознании чув­ства общей вины всех людей за их личные недостатки и неустройство общественной жизни, на стремлении к взаимной нрав­ственной поддержке и братской помощи друг другу.

Новая общественно-политическая про­грамма, определившаяся в годы после каторги, получила выражение в журнале «Время» (1861—63) и «Эпоха» (1864—65), издававшихся Достоевским в Петербурге вместе с его старшим братом.

Журналы эти, в которых был напечатан ряд произведений Достоевского начала 60-х гг., были органом «поч­венничества» — течения, объединившего в начале 60-х гг. Достоевского Ф.М., критиков Аполлона Гри­горьева и Н. Н. Страхова и ряд их едино­мышленников. Приветствуя крестьянскую реформу как первый шаг к освобождению народа, «почвенники» утверждали, что следующим шагом к нему должно явиться нравственное объединение высших клас­сов с народом, их добровольное возвра­щение к родной «почве». В условиях ост­рой политической борьбы 60—70-х гг. эта программа имела реакционный харак­тер, так как призыву к революционной борьбе с угнетателями противопоставляла идею отказа от революционного пути разрешения общественных противоречий, по­иски путей примирения народа с господст­вующими классами и царской монархией.

Летом 1862 Федор Михайлович впервые выехал за гра­ницу, побывал в Париже, Лондоне (где несколько раз посетил Герцена), путеше­ствовал по Германии, Швейцарии и се­верной Италии.

Зимой 1862—63 Достоевский в Пе­тербурге сблизился с молодой писательницей А. П. Сусловой, в обществе кото­рой совершил летом 1863 вторую загра­ничную поездку. После смерти брата (1864) писатель добровольно взял на себя его долговые обязательства по журналу «Эпоха» и уплату других долгов покойного, кото­рые тяготели над писателем почти до кон­ца жизни. Неуспех «Эпохи» заставил Достоевского в феврале 1865 прекратить издание, после чего он надолго остался совершенно без средств, преследуемый кредиторами.

В октябре 1866 Достоевский, вынужденный к этому кабальным договором с книгоиздателем Стелловским (к которому, в случае непредставления ему писателем до 1 но­ября 1866 нового романа, должно было перейти право собственности на все его произведения), обратился к стенографи­стке, которой продиктовал роман «Игрок». Эта стенографистка — Анна Григорьевна Сниткина — 15 февраля 1867 стала второй женой Достоевского (первая жена писателя умер­ла в 1864 от чахотки).

Роман «Игрок» (1867) — о русском моло­дом человеке, учителе-разночинце, ода­ренном большими силами души, но став­шим игроком и растратившим их впу­стую. В романе выведены типы различ­ных европейских наций, отражены раз­думья писателя о русском националь­ном характере, силу которого Достоевский видел в его исканиях, высокой нравственной требовательности, в неуспокоенности и движении вперед.

Примененному в ра­боте над «Игроком» методу работы, со­гласно которому, после долгого и тщательного обдумывания плана и разработки отдельных эпизодов в своих записных тет­радях, Достоевский диктовал их жене вслух, рас­цвечивая и дополняя их в процессе дик­товки своим творческим воображением, он остался верен в дальнейшем.

После свадьбы Достоевские выехали за границу, где они прожили четыре года в Дрездене, Бадене, Базеле, Женеве и Флоренции. Лишь 8 июля 1871 — после того как Федор Михайлович смог частично расплатиться с кредиторами — он вернулся в Петер­бург. Отсюда он изредка выезжал в Старую Руссу (где обычно проводил с семьей лето) и несколько раз на курорт Эмс в Германии.

В 1873 — 74 Достоевский Ф.М. редактировал в Петербур­ге двухнедельную газету-журнал «Гражда­нин», издававшуюся реакционно настро­енным писателем и публицистом кн. В. П. Мещерским. Здесь Достоевский регулярно печатал «Дневник писателя» — серию фель­етонов, очерков, полемических заметок и страстных публицистических рассужде­ний на злобу дня в форме ежемесячной, непринужденной беседы писателя с чи­тателем. Отказавшись в апреле 1874 от ре­дактирования «Гражданина», Федор Михайлович. в 1876 и 1877 вернулся к изданию «Дневника писателя» в качестве самостоятельного из­дания, печатая его в виде отдельных ежемесячных выпусков в течение всего года и ведя при этом обширную переписку со своими читателями.

В конце 1880 Достоевский во­зобновил выпуск «Дневника писателя», оборвавшийся на первом выпуске 1881 из- за его смерти.

Последним крупным общественным вы­ступлением Достоевского была его речь в Москве 8 июня 1880 в связи с открытием памят­ника А. С. Пушкину, в которой писатель очертил основные линии своего общест­венного и литературного мировоззрения.

В произведениях 1840-х гг. Федор Михайлович Достоевский высту­пил как продолжатель той линии твор­чества Гоголя, которая определилась в его петербургских повестях. Вслед за Гого­лем писатель уделяет в них главное внимание социально-психологическим противоре­чиям жизни Петербурга, выражая свое горячее сочувствие его «бедным людям» — чиновнику, студенту-разночинцу, моло­дым одаренным натурам, вышедшим из разорившейся дворянской или разночинно-демократической среды и глубоко стра­дающим от бедности и «неблагообразия» окружающей жизни. В то же время уже в этих первых произведениях отчетливо выражаются особые черты таланта Достоевского уже в ранних про­изведениях интересовали его более сложные с бытовой и психологической точки зре­ния характеры, обладающие развитым сознанием и резко выраженной индиви­дуальностью, внутренне неуспокоенные и неуравновешенные, бьющиеся в поис­ках выхода. В соответствии с этим коми­ческие краски, свойственные гоголевскому изображению мира чиновничества, у Достоевского ослабевают, но зато значительно усили­ваются патетические и трагические тона.

Эти особенности творчества молодого писателя отразились уже в его первом романе «Бедные люди» (1846). История любви старого чиновника Макара Девушкина к дочери разоренного помещика Варень­ке Доброселовой, попавшей на городское «дно» и выкупленной Девушкиным из рук сводни, позволила автору обрисовать ши­рокую картину жизни столичной бедно­ты, представленной в ее многообразных, типичных представителях — от нищего до чиновника и студента. Обратившись к из­любленной писателями-сентименталистами XVIII века форме романа в письмах, Достоевский новаторски воспользовался ею для того, чтобы реалистически раскрыть богатство душевной жизни, внутреннюю красоту и благородство своих незаметных героев и одновременно выявить их слабость и огра­ниченность, обусловленные узостью свой­ственных им общественных представлений и социального опыта. Проводя перед ум­ственным взором Девушкина панораму жизни Петербурга, галерею разнообраз­ных социальных типов, делая его чита­телем повестей Пушкина и Гоголя (и давая ему возможность судить об их героях), пользуясь языком и стилем Девушкина и Вареньки как средством для их пси­хологической и социальной характерис­тики, молодой писатель значительно углубил и обогатил по сравнению с Гоголем метод изображения душевного мира «бедных лю­дей», внес новые, трагические краски в об­рисовку их повседневной жизни и соци­альной судьбы. Белинский, восторженно приветствовавший роман и предсказавший Достоевскому на основании уже первого его опы­та большую будущность, высоко оце­нил гуманизм автора «Бедных людей», его вражду к обитателям «раззолоченных палат» и горячее сочувствие жителям «чер­даков и подвалов», высокое мастерство в изображении трагических сторон жиз­ни. В разговоре с П. В. Анненковым Бе­линский назвал роман «Бедные люди» первым в России опытом социального романа.

В своей второй повести — «петербург­ской поэме» «Двойник» (1846; первоначаль­но повесть имела подзаголовок «Похож­дения господина Голядкина») — трагиче­ской историей сумасшествия героя писа­тель воспользовался для пси­хологического анализа души чиновника Голядкина, в которой, наряду с социально положительными чертами, он обнаружива­ет пугающее его глубоко скрытое отрица­тельное, антиобщественное начало. Борь­ба добра и зла в душе Голядкина прини­мает в воображении героя, под влиянием усиливающейся психической болезни, фор­му борьбы героя с его более ловким, ко­варным, насмешливым и бесчеловечным «двойником», рождающимся из глубин больного сознания Голядкина и вбираю­щим в себя все неосознанные им самим темные стороны его души. Федор Михайлович впервые кос­нулся в этой повести темы борьбы добра и зла в душе одного и того же человека, которая позднее получила более слож­ное и глубокое развитие в его романах 60-х гг. в связи с анализом проблем поре­форменного буржуазного развития России.

Белинский, высоко отозвавшийся о «Двой­нике» при его появлении, через год оце­нил повесть значительно более сдержанно, упрекая ее за растянутость и «фантасти­ческий колорит». Неудача «Двойника» открывает в твор­честве Достоевского 40-х гг. полосу творческих иска­ний. «Фантастический колорит», характер­ный для «Двойника», усиливается в по­вести «Хозяйка» (1847), где писатель впервые попытался наметить другую важную те­му своих романов 60-х гг. — тему столк­новения сознания представителя образованного «общества» и народа. Интеллигенту-«мечтателю» Ордынову здесь полу­символически противопоставлена стихия народной жизни, воплощенная для моло­дого Достоевского в образах «слабой сердцем» красавицы Катерины и держащего ее в своей власти мрачного старика колдуна. «Хо­зяйка», как и более ранний рассказ «Господин Прохарчин» (1846), в котором мелочной и подозрительной скупости бед­ного чиновника придан масштаб фантасти­ческой по своему характеру, трагической страсти, сообщающей герою сходство с пуш­кинским «скупым рыцарем», был оценен Белинским резко отрицательно. Тем не менее, как видно из анализа обоих этих произведений, в них были заложены и очень существенные для последующего творчества Достоевского социально-психологические мотивы, разработанные писателем более полно в 60-х гг. В других своих ранних повестях и рассказах

«Роман в 9 письмах» 1847;

«Ползунков», 1848,

«Слабое сердце»,1848,

«Елка и свадьба», 1848 и другие.

Достоевский продолжает разрабатывать с различных сторон остро критически тему чинов­ничьего, «гоголевского» Петербурга в сти­ле, близком манере «физиологического очерка» в творчестве писателей нату­ральной школы 1840-х гг.

Художественным итогом исканий моло­дого писателя стали последние произ­ведения, созданные им до ареста по делу петрашевцев и являющиеся наряду с «Бедными людьми» наиболее совершен­ными в его творчестве 1840-х гг.: «сенти­ментальный роман»

«Белые ночи» (1848),

«Неточка Незванова» (1849), задуман­ная первоначально в виде большого ро­мана, но оставшаяся из-за ареста незакон­ченной и позднее превращенная в повесть.

Фигура юного «мечтателя» приобрела в «Белых ночах» и «Неточке Незвановой» глубокую реалистическую достоверность и жиз­ненную конкретность, а психологический анализ, обогащенный светлыми и задушевными — «пушкинскими» — мотивами, перерос в своеобразную лирическую ис­поведь, проникновенно раскрывающую сложный процесс воспитания чувств и тон­чайшую «музыку души» главных героев.

Огромное общественное значение в го­ды реформы имели «Записки из Мертвого дома» (1860—62), задуманные и начатые еще на каторге. Книга эта была первым художественным изображением царской каторги. Достоевский не только нарисовал здесь мрачные картины жизни острога, изде­вательства самодержавия и тюремной ад­министрации над арестантами, но и соз­дал яркую галерею реалистически обри­сованных народных характеров, показал артистическую одаренность, широту ду­ши, гуманность людей из народа.

По устной оценке В. И. Ленина, сохраненной В. Д. Бонч-Бруевичем, «Записки из Мерт­вого дома» «замечательно» отобразили «не только каторгу, но и «мертвый дом», в котором жил русский народ при царях из дома Романовых» («Литературная газета», 1955, 21 апреля).

В 1861 в журнале «Время» появился первый роман Федора Михайловича, написанный после каторги, — «Униженные и оскорбленные». Писатель воз­вращается здесь к образам и сюжетике своих ранних повестей 1840-х гг., но при этом отчетливо обнаруживаются изменив­шаяся манера повествования и новые идео­логические мотивы. В романе рассказана трагическая судьба молодого писателя- разночинца и двух близких ему семей, счастье которых разбито циничным про­жигателем жизни аристократом князем Валковским. В отличие от своих первых, небольших романов Достоевский прибегает теперь к иному методу развития действия, созда­вая сложную, запутанную интригу, в ко­торую включено множество персонажей, между которыми возникает ряд острых не только социально-бытовых, но и идео­логических конфликтов. Это позволяет писателю превратить центральные, узло­вые сцены романа в картину столкнове­ния противоположных, борющихся меж­ду собой мировоззрений. Указанные новые черты реалистической поэтики Достоевского по­лучили дальнейшее развитие в других его романах 60—70-х гг., так же как проявив­шееся уже в «Униженных и оскорблен­ных» стремление свести в конечном счете содержание идейной борьбы эпохи к конфликту между индивидуалистически окрашенной «гордостью» образованных и религиозным «смирением» простых лю­дей. Выход романа дал повод Добролюбову в статье «Забитые люди» (1861) подвести итоги первому периоду творче­ства Достоевского Ф.М., основным содержанием которого критик-демократ считал глубокую «боль о человеке», горячую защиту морального и человеческого достоинства «забитых».

Отражением первой заграничной по­ездки Достоевского явились «Зимние заметки о лет­них впечатлениях» (1863) — гневное, сати­рическое изображение капиталистического Лондона и Парижа эпохи Наполеона III. Федор Михайлович нарисовал здесь глубокую критиче­скую картину упадка политических, мо­ральных и художественных идеалов фран­цузской буржуазии после революции 1848, но в то же время выразил и свой скептицизм по отношению к западноевропей­скому рабочему движению, которому про­тивопоставил общину и крестьянскую ре­форму 1861 как гарантии возможного в России мирного социального и нрав­ственного обновления русского общества. Скептицизм писателя по отношению к освободительным идеалам утопических соци­алистов Запада и русских революционных демократов 60-х гг., выраженный в «Зим­них заметках о летних впечатлениях», получил дальнейшее развитие в повести «Записки из подполья» (1864), где критика героем идей исторического фатализма и защита прав личности перерастают в бо­лезненный индивидуалистический протест против общества, в отрицание любых об­щих норм и законов, регулирующих по­литическую и социальную жизнь. Про­тив мировоззрения русских революцион­ных демократов 60-х гг. направлен и «Крокодил» (1865), воспринятый современ­никами с негодованием как памфлет про­тив Чернышевского.

Произведения и публицистика Достоевского Ф.М. начала 60-х гг., отразившие напряженные раз­мышления над основными вопросами жиз­ни русского и западноевропейского об­щества той эпохи, подготовили писателя к созданию его больших романов —

«Пре­ступление и наказание» (1866),

«Идиот» (1868),

«Бесы» (1871—72),

«Подросток» (1875),

«Братья Карамазовы» (1879 — 80), доставивших ему славу одного из величайших романистов русской и миро­вой литературы.

В романе «Преступление и наказание» изображен одаренный юноша студент Рас­кольников, страдающий от бедности и оди­ночества и глубоко переживающий не­справедливость дворянского и буржуаз­ного мира. Глубокое сочувствие к другим униженным и оскорбленным смешивается у него с неверием в их способность ак­тивно бороться со злом. Это толкает Раскольникова на путь индивидуалистиче­ского протеста. Он создает теорию о праве избранной, «сильной» личности престу­пать законы, имеющие силу для рядо­вых, «обыкновенных» людей, и, желая проверить свою теорию на практике, уби­вает старуху ростовщицу Алену Иванов­ну. Совершенное преступление заставляет Раскольникова осознать ложность и ги­бельность избранного им пути. Краху ин­дивидуалистической теории Раскольнико­ва способствуют его отношения с другими персонажами — спившимся чиновником Мармеладовым и его кроткой и чистой ду­шой дочерью Соней, буржуазным дельцом- приобретателем Лужиным, циничным и аморальным помещиком Свидригайловым, в глубине души ощущающим свою опустошенность и страдающим от нее, следовате­лем Порфирием Петровичем и так далее. Столк­новения с ними, так же как вся окружаю­щая его широко показанная в романе жизнь петербургской нищеты, убеждают Раскольникова в том, что избранный им путь индивидуалистического протеста глу­боко чужд беднякам и, наоборот, пред­ставляет собой лишь еще один новый ва­риант того насилия и несправедливости, которые повседневно и безнаказанно тво­рят люди из богатых и привилегированных классов общества. Это побуждает Расколь­никова признаться в совершенном убийстве с целью начать новую жизнь. Огромная, трагическая мощь романа, глубокое разоб­лачение в нем буржуазной, ницшеанско- анархической идеи «сверхчеловека», ряд гениальных страниц, посвященных жизни петербургской бедноты, глубокий демокра­тизм и гуманизм писателя сделали «Пре­ступление и наказание» одной из вершин русского и мирового реалистического ро­мана XIX века. Демократическая критика 60-х гг. в лице Писарева дала высокую оценку «Преступлению и наказанию». В то же время она справедливо протестовала про­тив желания сблизить идеи Раскольникова с идеями передовой, демократической ча­сти молодого поколения 60-х гг., возло­жить ответственность за анархические взгляды, подобные теории Раскольнико­ва, на революционный лагерь.

Свой идеал «положительно прекрасного» человека Фёдор Михайлович выразил в романе «Идиот». Его герой князь Мышкин—человек исключительного душевного бескорыстия, кра­соты и гуманности, предощущающий радостную гармонию, ожидающую челове­чество в будущем,— гибнет в столкновении с эгоизмом и бездушием современного ему общества. В романе изображена картина по­реформенной России, нарисованы различ­ные ее социальные типы, показан упадок аристократии, усиление власти денег, чувство протеста, горячая жажда социаль­ной и нравственной справедливости, жи­вущие в душе «униженных и оскорбленных» — красавицы содержанки Настасьи Филипповны, чиновника Лебедева, чахо­точного юноши Ипполита и других. Но в то же время в «Идиоте», как и в «Преступле­нии и наказании», получила отражение полемика Достоевского с революционной и социали­стической мыслью его времени.

Еще бо­лее резкие формы она приняла в романе «Бесы», задуманном как памфлет, на­правленный одновременно против либе­ралов - западников» и революционных демократов 60-х гг. В основу «Бесов» пи­сатель положил материалы процесса за­говорщика-анархиста С. Г. Нечаева, по­следователя М. Бакунина, стремивше­гося создать в России конспиративную организацию, но действовавшего при этом чуждыми революционному движению, буржуазно-авантюристскими методами лжи и насилия. Однако из-за предубеждения писателя против революции критика мелкобур­жуазного авантюризма, анархизма, ка­зарменного коммунизма переросла в «Бе­сах» в памфлет против всего русского революционного движения той эпохи, меж­ду истинными представителями которого и мелкобуржуазными, деклассированны­ми элементами, действующими в рома­не (Ставрогин, Петр Верховенский, Шигалев), писатель не сумел провести раз­граничительной черты. Значительное место в «Бесах» занимают сатирические, шаржированные зарисовки ряда передовых деятелей эпохи (Грановский, Тургенев и др.). Все это сделало «Бесы» в эпоху царизма орудием контрреволюции в ее борьбе с освободительным движением.

Еще приступая к «Бесам», Достоевский мечтал написать большой роман «Житие великого грешника» (или «Атеизм»), изображающий долгий жизненный путь и идейные иска­ния современного русского человека, его метания между религией и атеизмом на фоне нескольких формаций умственной жизни русского общества XIX века. Замы­сел этот получил развитие в двух послед­них романах Достоевского.

В первом из них, «Под­ростке», Фёдор Михайлович поставил своей задачей обрисовать процесс умственного и нравственного формирования юноши не из дворянской, а из разночинной сре­ды, рано узнающего изнанку жизни и болезненно ощущающего ее социальное «неблагообразие». Вступив в поединок с враждебным ему дворянским общест­вом, герой романа хочет морально восторжествовать над ним, добившись власти и богатства, но лучшие силы его натуры помогают ему победить эти соблазны новой, капиталистической эры.

«Братья Карамазовы» — последний и самый гран­диозный по замыслу роман Достоевского Ф.М. — был задуман как обширная социально-философская эпопея о прошлом, настоящем и будущем России, изображенным через историю «одной семейки» и судьбы не­скольких ее представителей. Рассказом о трагическом разладе в семье Карама­зовых, закончившемся убийством отца и осуждением его старшего сына, неви­новного в убийстве, Достоевский восполь­зовался для изображения картины бро­жения всех слоев пореформенного рус­ского общества, анализа интеллектуаль­ных исканий интеллигенции. Особое мес­то в романе занимают его центральные, философские книги: «Исповедь горячего сердца», «Pro и contra», «Легенда о вели­ком инквизиторе», где писатель в бесе­дах между тремя братьями — Дмитрием, Иваном и Алексеем — сталкивает ряд морально-нравственных, социально-полити­ческих и философских идей своей эпохи— религии и атеизма, свободы и авторитета, революции и реакции, бунта и смирения. И хотя субъективно Достоевский осуждал бунтар­ство революционеров и склонялся к про­поведи «смирения», атеистические, про­тестующие и гуманистические мотивы, выраженные в этих главах, даны, как и во всех других его романах, с гораздо большей захватывающей силой, энергией и красноречием, чем противопоставлен­ные им религиозные догмы.

Творчество Достоевского занимает важное место в истории русского реализма XIX века. Глубокое сочувствие человеческому стра­данию, в каких бы формах оно ни прояв­лялось, интерес и внимание ко всем униженным и отвергнутым «париям» дворянско-буржуазного общества — талант­ливому человеку, роковым образом «за­блудившемуся» в своем собственном сознании, преступнику, душевнобольному, падшей женщине, ребенку— сделали Достоевского од­ним из величайших писателей-гуманистов мировой литературы. По справедливой характеристике Р. Люксембург, произве­дения Фёдора Михайловича Достоевского представляют собой одно из самых гневных во всей мировой литера­туре обвинений по адресу классового капиталистического общества, основанно­го на неравенстве и эксплуатации.

В своих романах и повестях писатель разра­ботал особый тип философского, психоло­гически углубленного реализма, основан­ного на обостренном внимании художника к наиболее сложным и противоречивым формам общественного сознания эпохи и умении реалистически достоверно рас­крыть в них отражение ее основных, глу­бинных противоречий. Подвергая в своих романах реалистическому анализу болезни ума и совести мелкобуржуазного индиви­дуалистически настроенного интеллигента, преступника, самоубийцы, Достоевский гениально умел проследить отражение в любых, са­мых сложных и «фантастических» (по его определению) фактах душевной жизни общих процессов исторической жизни че­ловечества, обусловленных развитием буржуазного общества в России и Запад­ной Европе.

Характерной особенностью реалисти­ческого стиля Достоевского является предельное насыщение жанра романа драматическими элементами, превращающее их в своеоб­разные «романы-трагедии». Ставя обычно в центр каждого из них историю преступ­ления, Фёдор Михайлович пользуется этой условной фабу­лой для широкого философско-исторического анализа основных проблем общест­венной жизни своей эпохи. Это приводит к резкому повышению в романах Достоевского, по сравнению с произведениями других рус­ских романистов, удельного веса диалога, превращающегося в картину развертыва­ния, столкновения и борьбы противопо­ложных мировоззрений. Сюжеты и обра­зы своих романов писатель любил черпать из газет и уголовной хроники, но извлечен­ные оттуда факты он подвергал сложной переработке, поднимая их до значения широких и емких философских символов.

Начиная с 80-х гг. XIX века романы Достоевского получили общеевропейскую известность, а позднее, в XX веке, его творчество приобрело мировую славу и стало орудием острой идеологической борьбы между про­грессивной и реакционной мыслью. Глу­бокое социально-критическое содержание творчества Достоевского, его гуманизм, антибуржуазность, сочувствие «маленькому чело­веку», насыщенность его романов фило­софской мыслью, свойственное ему умение выразить основные проблемы идейной жизни своей эпохи в широких и емких художественных образах-символах оказа­ли воздействие на многих крупных деяте­лей мировой литературы XX в. (Т. Манн, Т. Драйзер и др.). В то же время скепти­цизм Достоевского по отношению к революционной и социалистической мысли его времени, реакционные мотивы его творчества уси­ленно раздуваются и поднимаются на щит современной буржуазной реакцией и ре­акционной литературой, стремящейся ис­пользовать их как орудие в борьбе с социализмом.

В оценке Достоевского критикой XIX — начала XX века ярко отразилась борьба основных направлений русской общественной мыс­ли. Огромный художественный его талант, мощь его философской и социально-критической мысли, открытая тенденциозности публицистичность его произведений и наряду с этим большая противоречивость его творчества способствовали остроте и страстности споров вокруг Достоевского, вспыхнув­ших еще при его жизни и продолжаю­щихся до наших дней.

Белинский первым высоко оценил талант Достоевского. Увидев в его лице продолжателя гого­левских реалистических традиций, Бе­линский вместе с тем уже в «Бедных людях» отметил и оригинальность моло­дого писателя, глубину его психологичес­кого анализа, его внимание к трагическим сторонам жизни.

На отличие художествен­ного метода Достоевского Ф.М. от гоголевского метода изо­бражения характеров указал в 1840-е гг. также В. Майков, увидевший своеоб­разие писателя в интересе к «сокровенной махинации человеческих чувств, мыслей и дел», к «анатомии души».

Линию Белин­ского в оценке Достоевского продолжил Добролюбов, указавший на то, что «боль о человеке» и защита человеческого достоинства «заби­тых людей» есть главные гуманистические темы творчества писателя. Демократи­ческий, социально-критический смысл «Записок из Мертвого дома» и «Преступ­ления и наказания» глубоко проанализи­ровал Писарев. В то же время Писарев, писавший свои статьи в 60-е гг., когда успели раскрыться основные противоречия творчества Достоевского, резко полемизировал с ним, защищая нравственный облик моло­дого революционного поколения.

Еще бо­лее резко на противоречия творчества Достоевского Ф.М. указал Салтыков-Щедрин, отметивший в романе «Идиот», наряду с отражением «высокой художественной прозорливости», «отдаленнейших исканий человечества», вражду к революционному лагерю и ре­акционную тенденциозность в его изо­бражении.

Борьбу с реакционными тен­денциями творчества Достоевского вели в 70-е и 80-е гг. также Н. К. Михайловский и М. А. Антонович, но, в отличие от Щед­рина, недостаточная диалектичность меша­ла им проанализировать творчество писателя в единстве свойственных ему противоре­чий, выявить его критический и гумани­стический пафос.

Ряд интересных мыслей об отдельных произведениях и образах Достоевского высказали и стоявшие к нему близко критики — «почвенники» Ап. Григорьев, Н. Н. Стра­хов, Д. В. Аверкиев. Однако, в отличие от революционно-демократической кри­тики, они стремились сгладить остроту социально-критической мысли писателя, противопоставить его гоголевскому, реа­листическому направлению и передовой общественной мысли 60—70-х гг. На предложенное ими истолкование твор­чества Достоевского, отрывавшее его от основных тенденций русского реализма XIX века, опирались впоследствии символисты (Д. С. Мережковский, В. И. Иванов и др.), пытавшиеся представить Фёдора Михайловича духовным предтечей русского декадентства.

Большой вклад в изучение Достоевского Ф.М. в XX веке сделали М. Горький и А. В. Луначарский.

Умер — [28.I(9.II). 1881], Петербург.

 
Библиотечные мероприятия | Биографии