Поиск

Биографии писателей и поэтов

АБВГДЕЖЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ

Григорьев Аполлон Александрович

Григорьев Аполлон Александрович

ГРИГОРЬЕВ Аполлон Александрович родился[20.VII (1.VIII).1822, Москва] в семье чиновника — поэт, критик.

Рано проявил склонность к литературе и театру, увле­кался иностранными языками. С 1838-42 учился на юридическом факультете Московского университета, который закончил первым кан­дидатом. Был оставлен библиотекарем, а затем назначен секретарем университет­ского правления.

Осенью 1843 втайне от родителей Аполлон Александрович уезжает в Петербург, спа­саясь от «семейного догматизма». Попыт­ки служить в столице также не увенчались успехом, и он навсегда оставляет мысль о карьере чиновника.

В начале 1847 Григорьев возвращается в Москву и вскоре же­нится на Л. Ф. Корш. Он преподает за­коноведение в Александровском сиротском институте и в 1-й мужской гимназии.

В 1857 Аполлон Александрович едет за границу с семьей князя Тру­бецкого в качестве воспитателя его сына. Побывал в Италии, Франции и Германии.

В конце 1858 возвращается на родину, в Петербург.

В мае 1861 Григорьев отправляется в Оренбург, где преподает словесность в Неплюевском кадетском корпусе.

В 1862 снова возвращается в столице. Крайне неорга­низованный образ жизни, частая нужда рано подорвали его могучий организм, и вскоре он скоропостижно скончался.

Еще в детстве Аполлон Александрович начал писать стихи.

В 1843 в журнале «Москвитянин» вышли его первые стихотворения.

Литера­турная деятельность Григорьева началась в Петер­бурге, где он активно сотрудничал в теат­ральном журналом «Репертуар и Пантеон» и в «Финском вестнике». Выступает в ка­честве прозаика, поэта, драматурга, пере­водчика, театрального рецензента. «С увле­чением и азартом» пишет лирические стихотворения, повести и рассказы

«Офе­лия» (1846),

«Один из многих» (1846),

«Встреча» (1846) и другие,

критические статьи о театре, драматические произведения.

Наиболее значительна из них стихотвор­ная драма «Два эгоизма» («Репертуар и Пантеон», 1845).

В 1846 в Петербурге вышла первая и единственная при жизни автора книжка стихотворений Григорьева А. А.

Под влиянием идей утопичес­кого социализма в период близости к кружку Петрашевского Григорьев создал в 40-е гг. ряд социально острых стихотворений, про­никнутых бунтарским духом:

«Город» (1845),

«Нет, не рожден я биться лбом» (1845—46),

«Когда колокола торжественно звучат» (1846) и другие.

Некоторые из них даже публиковались позднее в «Полярной звезде» Герцена. Но Григорьев испытывал в это время различные влияния, и его общест­венно-политические взгляды были весьма неустойчивы (например, резкие переходы от религиозного мистицизма к атеизму). Это, естественно, отражалось и в его творчестве. Аполлон Александрович сближается со славянофилами.

В 1847 Григорьев много печатался в «Москов­ском городском листке». Здесь появилась его большая статья «Гоголь и его послед­няя книга», посвященная только что вышедшим в свет «Выбранным местам из переписки с друзьями». Называя книгу Гоголя «странной», Григорьев, отнесся к ней с глубокой симпатией и горячо выступил в защиту писателя.

В конце 40-х гг. Григорьев сотрудни­чает в «Московских ведомостях», в петербургских «Отечественных записках», где помещает статьи о театре.

В 1851 Аполлон Александрович воз­главил «молодую редакцию» погодинского «Москвитянина». Время сущест­вования «молодой редакции» (1851—54) — пора самой энергичной деятельности поэта и бурного расцвета его критического таланта. В «Москвитянине» появился ряд крупных статей критика, в том числе годовые обзоры литературы (статьи «Русская лите­ратура в 1851 году» и «Русская изящная литература в 1852 году»). В них он ана­лизирует произведения, появившиеся в те­чение года, ставит важные теоретические вопросы о роли и значении «исторической критики» и касается проблем своей теории «органической критики». Тут же дается общая характеристика литературы 40-х гг., творчества Гоголя. Правильно отмечая сильное влияние великого сатирика на писателей «натуральной школы», критик, однако, относится к ним отрицательно, считая, что они односторонне восприняли своего учителя.

В статье «О комедиях Островского и их значении в литературе и на сцене» («Москвитянин», 1855, № 3) Аполлон Александрович провозглашает драматурга носителем «но­вого слова» в литературе, считая его в выс­шей степени народным писателем: «Новое слово Островского есть самое старое сло­во — народность». Островский, наряду с Пушкиным, был кумиром Григорьева. Его творчест­во, по мнению критика, имеет громадное национальное значение; он вывел рус­скую литературу на широкую дорогу самостоятельного развития. Григорьев полагает, что в нашей литературе, начиная с Пуш­кина, непрестанно боролись два типа: исконно-русский, «смиренный» тип (Бел­кин) и пришлый, «хищный» тип (Германн). Процесс сближения писателей с родной «почвой» закончился победой националь­ного «смиренного» типа в творчестве Ост­ровского. Другая статья — «После «Гро­зы» Островского» (газета «Русский мир», 1860, №5, 6, 9,11) — посвящена в основ­ном полемике с Добролюбовым по вопросу оценки драмы «Гроза». Григорьев считает, что критик тенденциозно оценивает Остров­ского как чистого сатирика, и в проти­воположность Добролюбову подчерки­вает непосредственное положительное отношение драматурга к действитель­ности.

В связи с появлением сборников русских песен М. А. Стахович и П. И. Якушкина Аполлон Александрович написал статьи, посвященные народ­ному песенному творчеству: «Русские на­родные песни» («Москвитянин», 1854, № 15) и ее расширенный вариант — «Рус­ские народные песни с их поэтической и музыкальной стороны» («Отечественные записки», 1860, № 4, 5).

Несомненный интерес представляют статьи Григорьева, в которых он стремится обосно­вать свою теорию «органической критики»:

«О правде и искренности в искусстве» («Русская беседа», 1856, № 3),

«Критичес­кий взгляд на основы, значение и приемы современной критики искусства» («Биб­лиотека для чтения», 1858, № 1),

«Не­сколько слов о законах и терминах орга­нической критики» («Русское слово», 1859, № 5),

«Парадоксы органической критики» («Эпоха», 1864, № 5, 6).

Здесь излагаются важнейшие теоретические взгляды поэта на сущность и значение лите­ратуры, ее роль в общественной жизни, определяются задачи и специфика художественной критики. Полемизируя с пред­ставителями как «эстетической», так и «исторической» критики, Григорьев заявляет, что критика должна быть «столь же органи­ческою, как само искусство, осмысливая анализом те же органические начала жизни, которым синтетически сообщает плоть и кровь искусство». «Органическая критика», по его мнению, рассматривает литературу как единый, вечно развиваю­щийся организм. Главное требование кри­тика к писателям —«прямое», объективное, непредвзятое изображение действитель­ности. Однако этот принцип в конк­ретных оценках нередко превращался в требование объективизма, пассивности, созерцательности. Григорьев постоянно подчер­кивал преимущество «мысли сердечной»над «мыслью головной», справедливо счи­тая истинно художественными те произ­ведения, которые представляют собой ор­ганический синтез мысли и души худож­ника и отражают значительные явления современной жизни, веяния эпохи во всей их глубине и сложности. Однако критику так и не удалось разработать четкой и за­конченной системы своих эстетических взглядов. Несмотря на ряд интересных и важных положений, его «органическая критика» в основном зиждется на идеа­лизме. Поэтому борьба Григорьева с революцион­но-демократической критикой («теорети­ками») закончилась его полным пораже­нием. Критик сам признавался, что его «мысли не ко времени».

В 1858 Аполлон Александрович стано­вится одним из редакторов журнала «Русское слово». В нем появилась очень важная статья критика — «Взгляд на русскую литературу со смерти Пушкина» (1859, № 2, 3). Несмотря на широкую постановку темы, Григорьев ограничился здесь рассмотрением творчества Гоголя и Лер­монтова. В Пушкине поэт видел идеал писателя, «полный очерк нашей народ­ной личности». По его мнению, в твор­честве великого поэта впервые нашло глубокое художественное выражение то осо­бенное, типовое, что отличает русскую на­циональность.

В статье «И. С. Тургенев и его деятельность» («Русское слово», 1859, № 4, 5, 6, 8), характеризуя творчество пи­сателя, критик отмечает, что в нем отра­зились основные этапы развития русского общества. Главное место уделено здесь анализу романа «Дворянское гнездо», в котором, по мысли Григорьева, показан процесс роста и развития национального само­сознания. Он обстоятельно характери­зует образ Лаврецкого как человека «поч­вы», считая его первым в нашей литера­туре положительным типом, сохранив­шим нравственную связь с родным на­родом.

В середине 1859, вследствие столкнове­ния с влиятельными членами редакции «Русского слова», Григорьев, по его выражению, «был уволен от критики» и в течение нескольких лет не имел постоянного литера­турного пристанища, изредка печатая ста­тьи в разных журналах. Выходу в свет собраний сочинений Писемского и Тур­генева посвящена статья Григорьева «Реализм и идеализм в нашей литературе» («Светоч», 1861 № 4).

Критик ратует за литературу, тесно, органически связанную с жизнью, действительностью. Писемского он считает ярким представителем «чистого натура­лизма», в котором «абсолютный» реализм исчерпал себя. В Тургеневе же Григорьев видит счастливое сочетание реализма и идеа­лизма.

В 1861 Аполлон Александрович стал постоянным со­трудником журнала «Время».

Были напечатаны его работы:

«Развитие идеи народности в на­шей литературе со смерти Пушкина»,

«Явления современной литературы, пропущенные нашей критикой» («Время», №7,9),

«Стихотворения Н. Некрасова» («Время», 1862, № 7),

«Лермонтов и его направление» («Время», 1862, № 10—12),

«Мои литературные и нравственные скитальче­ства» («Время», 1862, № 11, 12; «Эпоха», 1864, № 3,5),

Григорьев известен также как переводчик Беранже, Байрона, Гейне, Гёте, Шиллера, Шекспира.

Мировоззрение Григорьева противоречиво. Воспитанный на идеа­листической философии Шеллинга и сла­вянофилов, он был одним из непримиримых и в ряде положений реакционных противников революционно-демократиче­ского лагеря. Аполлон Александрович видел источник про­гресса в нравственном самоусовершен­ствовании личности и в сближении «поч­вы» (народа) и «цивилизованных клас­сов», стремясь в литературной борьбе 60-х гг. найти некий третий путь, поднять­ся над борющимися партиями. Кри­тик сам понимал, что его теории и пропо­веди не соответствуют духу времени, и с горькой иронией называл себя «Дон Ки­хотом» и «одним из ненужных людей». Было бы неправильным, однако, забы­вать о том ценном и важном, что есть в литературном наследии Григорьева, представляю­щем и сейчас несомненный интерес.

Умер — [25.IX (7.X).1864], Петербург.

 
Библиотечные мероприятия | Биографии