Поиск

Биографии писателей и поэтов

АБВГДЕЖЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ

Нестор

НЕСТОР родился [неизвестно] — летописец.

Биографических све­дений о нем чрезвычайно мало.

Он жил во 2-й половине XI — начала XII века.

Был иноком Киево-Печерского монастыря, сыгравшего в истории Киевской Руси огромную культурную и общественно-политическую роль. В монастырь он вступил при игумене Сте­фане (1074—78). Есть основания пола­гать, что он постригся в монастырь уже человеком в летах, известным своей вы­сокой образованностью.

Вскоре после вступления в монастырь Нестор пишет свое первое произведение — «Чтение о житии и о погублении блаженную страстотерпьцю Бориса и Глеба». В конце «Чтения» автор называет свое имя: «Нестер грешный».

Вслед за «Чтением» (по наиболее мотиви­рованному мнению академика А. А. Шахматова между 1079—88) летописец пишет второе сочинение — «Житие отца нашего Феодосия, игумена Печерского монастыря». И в этом произведении он называет свое имя и отмечает, что ранее им было написано «Чтение». Оба его сочинения, относящиеся к жанру житий, представляют значитель­ное литературное явление своего време­ни.

До «Чтения» уже имелось произведение о первых русских «святых» — князьях Борисе и Глебе — «Ска­зание о Борисе и Глебе». Нестор в своем «Чте­нии» использовал это «Сказание», но своему сочинению придал вид, более соответ­ствующий торжественно-официальному характеру житийного жанра. Ряд добав­лений и изменений в «Чтении», сравни­тельно с анонимным «Сказанием», харак­теризуют летописца как талантливого писателя, умеющего создать живые образы, драмати­зировать рассказ внесением в него новых выразительных эпизодов.

«Житие Феодо­сия» в литературном отношении стоит еще выше «Чтения». Это про­изведение полностью отвечает требова­ниям, предъявлявшимся в древности к па­мятникам житийного жанра: в нем есть вступление и заключение торжественно- риторического характера, в достаточной мере присутствует элемент назидатель­ности и нравоучительности, во многом использованы типичные ситуации, харак­терные для византийских монашеских и великомученических житий. Но наряду с этим в его произведениях нашли широ­кое отражение устные монастырские пре­дания и легенды. Он с несвойственной обычным житиям яркостью описал взаимоотношения Феодосия с матерью, талант­ливо и правдиво передав на страницах своего сочинения горячую материнскую любовь, переходящую в жестокость и от­чаяние. Основная тема «Жития Феодосия» — борьба игумена с бесами и его аскетические подвиги. Многие из рассказов па эту тему носят сказочный характер, немало в «Жи­тии» интересных бытовых подробностей. И «Чтение» и «Житие» отличаются стремле­нием автора их к большим историческим обобщениям, интересом к окружающей жизни, к политическим событиям эпохи.

М. Д. Приселков писал о «Чтении» и «Житии Феодосия», что они «выделяются среди прочих произведений этой эпохи своими грандиозными размерами, свобод­ною литературного манерою, вдумчивым и оригинальным построением, печатью крупного таланта».

Наиболее замечательным сочинением Нестора, однако, являются не эти два важ­ных в истории древнерусской литерату­ры памятника, а его третье произведе­ние — «Повесть временных лет» (ПВЛ). Существует три точки зрения в вопросе о нём как авторе ПВЛ:

1) Ему принадлежит вся целиком ПВЛ;

2) Он — автор двух рассмотренных произведений и Нестор-лето­писец — разные лица, жившие в одно вре­мя;

3) ПВЛ как единый цельный историко-литературный памятник — создание Нестора, но и в основе этого произведения Нестор, и в дошедших до нас его видах лежат разно­образные более ранние тексты, на него на­слоились более поздние добавления и пере­работки.

Первая точка зрения полностью отвергнута.

Из второй и третьей более убедительна третья, являющаяся, по су­ществу, общепризнанной.

Трудами многих поколений ученых была раскрыта сложная история древне­русского летописания. Дошедшие до нас летописи представляют собой сложное сое­динение разновременных текстов — так называемых летописных сводов. Путем тщательного анализа реально сохранившихся текстов летописей были восстановлены входящие в них летописные своды разных времен, составленные в разных местах. И Нестор, соз­давая около 1113 в Печерском монастыре новый летописный свод — ПВЛ, не сочи­нял заново весь текст этой летописи, а изменял, дополнял, перерабатывал уже имевшийся к этому времени летописный свод — так называемую Начальную летопись. В свою очередь Начальная летопись прошла к этому времени длительную и сложную историю — ей самой предшествовало несколько более ранних летописных сводов. И сама ПВЛ дошла до нас не как отдель­ное самостоятельное произведение, а уже в переработанном и измененном виде, в составе более поздних летописей. Све­дения о том, что он был автором не только житий, но летописцем, имеются в посла­нии XIII в. черноризца Поликарпа к игу­мену Печерского монастыря Акиндину (послание Поликарпа входит в настоя­щее время в состав Киево-Печерского па­терика). В самом заглавии ПВЛ, в неко­торых ее списках, сказано, что это — соз­дание «черноризца Феодосьева монастыря Печерского», а в одном из списков, так называемых Хлебниковском, указано и имя этого чер­норизца — Нестор.

Задачи своего труда летописец четко обозначил самим его заглавием: «Се повести времяньных лет, откуда есть пошла Руская зем­ля, кто в Киеве нача первые княжити, и откуду Руская земля стала есть» («Вот повести минувших лет, откуда пошла Рус­ская земля, кто в Киеве стал первым кня­жить и как возникла Русская земля»). Перерабатывая свой источник, Начальный свод, Нестор связал русскую историю с миро­вой, чего в предшествующих ему летопис­ных сводах не было.

Рассказ об истории Руси летописец начал с легенды о разделении всей земли между сыновьями библейского Ноя, подчеркивая тем самым равноправие русского народа с остальными великими народами мира, так как и русские люди ве­дут свое начало от одного из сыновей Ноя. В этой вводной части ПВЛ сообщаются самые разнообразные общие исторические, географические, этнографические сведе­ния о землях и народах, рассказывается о первоначальной истории племен, насе­лявших когда-то Русскую землю, о нра­вах и обычаях этих племен.

Вслед за ввод­ной частью идет рассказ о собственно рус­ской истории, изложенной автором в строгой хронологии. В рассказ о русской истории IX—X веков Начального свода летописец вносит ряд существенных добавлений, почерпну­тых им как из исторических документов, так и из народных преданий. Он включил в ПВЛ договоры русских с греками 912, 945 и 971. Им же были внесены в летопись такие рассказы, как рассказ о сожжении Ольгою города древлян Искоростеня, рассказ о единоборстве юноши кожемяки с печенежином, рассказ о белгородском киселе.

Последнюю часть своей летописи по 1110 автор писал на основе лично им соб­ранных сведений. К сожалению, именно конец ПВЛ подвергся через несколько лет после работы Нестора коренной переработке, и поэтому мы имеем весьма слабое пред­ставление об этой части его работы.

Досто­верно принадлежащими летописцу в этой части ПВЛ являются три рассказа:

под 1091 — о перенесении мощей Феодосия,

под 1096 — о набеге половцев на Печерский монас­тырь,

под 1107 — об удачном походе русских князей на половцев.

Два первых рассказа, как рассказы очевидца и участника описываемых событий (оба они ве­дутся от первого лица), отличаются яркой эмоциональностью и жизненной непосред­ственностью.

Общеисторические экскурсы Нестора в ПВЛ свидетельствуют о прекрасном знании им византийских исторических источников, о знакомстве его со всей книжной пре­мудростью своего времени. Автор либо цити­рует свои источники, либо, что гораздо чаще, передает их в своем свободном изложении. Под его пером летопись приобре­тает более цельный вид, так как составные ее части объединены в его рассказе един­ством концепции и самой манерой изложе­ния.

Изложение Нестора гораздо более литера­турно и искусно, чем было и в предшест­вующих и в последующих летописных сво­дах. «Высокое литературное образование, его исключительная начитанность в источниках, умение выбрать в них все существенное, сопоставить разноречия, сделали «Повесть временных лет» не просто собранием фактов русской истории и не просто историко-публицистическим сочинением, связанным с насущными, но преходящими задачами русской действительности, а цельной литературно изло­женной историей Руси» (Д. С. Лиха­чев, Русские летописи и их культурно- историческое значение, М.— Л., 1947, с. 168—169).

Умер - [неизвестно].

 
Библиотечные мероприятия | Биографии