Поиск

Биографии писателей и поэтов

АБВГДЕЖЗИКЛМНОПРСТУФХЦЧШЩЭЮЯ

Рылеев Кондратий Фёдорович

Рылеев Кондратий Фёдорович

РЫЛЕЕВ Кондратий Федорович родился [18(29). IX. 1795, усадьба Батово Петербургской губернии] в семье небогатого помещика — поэт- декабрист.

Отец Кондратия Федоровича был, подполковник в отставке, управлявший имениями князя Голицына.

Шести лет был отдан в 1-й кадетский корпус в Петер­бурге, который закончил в начале 1814, получив чин прапорщика.

С 1814-15 находился за границей в составе артилле­рийской бригады. Впоследствии в своих показаниях на суде Кондратий Федорович свидетельствовал, что «свободомыслием первоначально зара­зился... во время походов во Францию в 1814 и 1815 годах». Решающее значение здесь имело пребывание в армии, освобо­дившей Европу от диктатуры Наполеона, связь с героическим русским народом.

С 1819-1819 Рылеев служил в Конно-артиллерийской роте, стоявшей в Воронежской губернии, в Острогожске. Формирование взглядов Рылеева здесь протекало под влиянием передовой остро­гожской интеллигенции, злейшего раз­гула крепостников и произвола властей.

В декабре 1818 Кондратий Федорович оставляет службу в армии, не принимая все усиливавшийся аракчеев­ский режим.

В начале января 1819 Рылеев женился на дочери острогожского помещика На­талье Михайловне Тевяшевой.

В 1820 пере­ехал в Петербург.

В январе 1821 был избран заседателем Петербургской уголовной палаты, где всячески старался отстаивать интересы угнетенных (например, в деле разумовских крестьян, протестовавших про­тив жестокой эксплуатации их помещи­ком).

В октябре 1823 он был принят в Север­ное тайное общество по рекомендации И. И. Пущина, сослуживца по уголовной палате.

В 1824 Рылеев перешел на службу в «Российско-Американскую торговую ком­панию» в качестве правителя ее канцеля­рии. Работая в этом, уже не государствен­ном учреждении, Кондратий Федорович энергично ратовал в пользу экономических интересов России. Наряду со служебными делами он был занят и издательской деятельностью.

В 1822—24 Рылеев ежегодно издавал совмест­но с А. Бестужевым альманах «Поляр­ная звезда».

В 1825 — сборник «Звездочка». Эти издания, очень успешно осуществлен­ные, служили распространению передо­вых идей и вместе с тем имели в виду ма­териально поддержать нуждающихся авторов. В этих сборниках были напеча­таны произведения Жуковского и Пуш­кина, Грибоедова и Крылова, Баратынско­го и самого Рылеева, Вяземского, Давы­дова, Языкова, А. Бестужева, Гнедич и других.

На основе наблюдений над русской дей­ствительностью, в итоге изучения трудов французских энциклопедистов, сочинений Бентама, Монтескье, Бенжамена Констана, а также русских историков — Карамзина, Строева, Корниловича, Кондратий Федорович сложился как активный общественный деятель и революционер. Он боролся за республи­канский образ правления, за освобожде­ние крестьян, свободу книгопечатания, от­крытое судопроизводство, личную безопас­ность.

В Северном обществе он занял ве­дущую роль и возглавил восстание 1825. Рылеев мужественно провел последние семь месяцев своей жизни в Алексеевской ра­велине Петропавловской крепости. На оло­вянной тарелке он, по преданию, напи­сал в тюрьме четверостишие, свидетель­ствующее о стойкости борца за свободу:

«Тюрьма мне в честь, не в укоризну,

За дело правое я в ней,

И мне ль стыдит­ся сих цепей,

Когда ношу их за отчиз­ну?»

Повешен в числе пяти руководителей восстания.

В деятельности Рылеева значительное место занимала литература, которой он, как и другие декабристы, придавал большое об­щественное значение, видя в литературе важнейшее средство вовлечения образо­ванных людей в круг своих идей.

Творче­ский путь Рылеева-поэта характерен для боль­шинства поэтов-декабристов. Это путь от идеи личной свободы к свободе общест­венной. На этом пути также и осознание противоречий декабристской идеологии, и преодоление их. При всей недолго­временности литературной деятельности Рылеева его творчество наиболее последовательно раскрывает внутреннюю логику развития поэта-декабриста. Вместе с тем в своем творчестве последних лет Кондратий Федорович обнаруживает отчетливое своеобразие, индивидуальную характерность стиля. Как и другие поэты, впоследствии связанные с освободитель­ным движением на его дворянском эта­пе, он начинает с увлечения анакре­онтикой, со следования Батюшкову, с утверждения идеалов личной свободы, жизни, замкнутой в сфере интимных отно­шений

«К другу»,

«К Делии»,

«Счаст­ливая перемена» — 1820;

«Заблуждение»,

«Нечаянное счастье» — 1821, и другие.

«К К - му» — 1821,

«Я не хочу любви твоей...» — 1824.

Уже в 1822 Рылеев утверждает идеал граждан­ского поэта, сперва в этом плане трактуя Державина («Он выше всех на свете благ общественное благо ставил» — дума «Державин»), а затем заявляя в посвящении к поэме «Войнаровский» (1825). «Я не поэт, а гражданин». Эта формула подчеркивала подчиненность поэтической деятельности гражданским, революционным целям. Фор­мула Рылеева была затем перефразирована Некрасовым («Поэтом можешь ты не быть, но гражданином быть обязан»). В своей дальнейшей деятельности Кондратий Федорович строго сле­довал определившемуся пониманию поэ­зии и поэта.

Обратившись к мотивам политической свободы, поэт, как и другие идейно близкие декабризму поэты, естественно, прежде всего использовал традиционные формы гражданской поэзии, формы классицизма, подчинив их идеям свободолюбия. Очень близки к традиционному жанру торже­ственные оды Рылеева. Идею декабристской гражданственности выражают послание —

«А. П. Ермолову» (1821)

и оды

«Граждан­ское мужество» (1823),

«На смерть Байро­на» (1824).

Гораздо значительнее сатириче­ские оды Рылеева — «К временщику» (1820) и ода «Гражданин» (1825) —

«Я ль буду в роковое время

Позорить Гражданина сан...».

Первая из них была направлена против всесильного тогда Аракчеева и предрекала ему неизбеж­ность кары со стороны разъяренного народа и суровый приговор потомства. Вторая имела в виду тоже крайне враждебную де­кабристскому движению силу—обществен­ную пассивность большинства образован­ного общества, «переродившихся славян», тех, кто не готовился «для будущей борь­бы за угнетенную свободу человека». Обе оды получили очень широкое распростра­нение и многие десятилетия находились в обращении в революционной среде.

Изначальная связь с традицией психо­логического романтизма обусловила в творчестве писателей, в том числе и Рылеева, ставших гражданскими поэтами, трансфор­мацию дружеских посланий анакреонтиков в послания политические. Такими были и послания Рылеева, в частности «Бесту­жеву» (1825), где основным был мотив неколебимой верности «высоким думам», любви «к общественному благу», а также послание «Вере Николаевне Столыпиной» (1825), содержащее призыв воспитывать детей в соответствии с идеалами человека- гражданина.

В литературе психологического роман­тизма широкое распространение имели имитации народных песен (Нелединский-Мелецкий, Дмитриев и других). И Рылеев в ран­ние годы писал подобные песни. Теперь Кондратий Федорович совместно с А. Бестужевым пишет по­литические агитационные песни, рассчи­танные на распространение среди солдат в целях пробудить в них общественное самосознание, понимание нестерпимости своего экономического и социального по­ложения. До нас дошло семь таких песен (1823—24).

Они очень близки традициям Радищева и противостоят песням в духе Карамзина и Жуковского.

Одна из них — «Ах, тошно мне...» прямо противопостав­лена романсу Нелединского-Мелецкого, на­чинающемуся теми же словами. Эта песня вместе с другой — «Как идет кузнец да из кузницы...» наиболее последовательны в своей народности и революционности. Агитационные песни Рылеева и Бестужева по­лучили широкое распространение, про­никли в народ, стали явлениями фоль­клора, содействовали формированию ана­логичных произведений в последующие десятилетия.

Наиболее ярко своеобразие поэзии Рылеева внутри декабристской литературы ска­залось в его думах и поэмах. Двадцать пять дум Рылеева Кондратия Федоровича

(1821—23, отдельное издание — 1825; четыре были опубликованы только во 2-й половине XIX в.) и его поэмы:

«Войнаров­ский», 1822—24;

незаконченные —

«Наливайко», 1824—25;

«Гайдамак»,

«Палей»,

«Партизаны» — все три 1825) — произве­дения гражданского романтизма, проник­нутые пафосом революционного патрио­тизма. Рылеев создал оригинальную форму думы, использовав украинские народные думы (сборник Н. А. Цертелева «Опыт собра­ния старинных малороссийских песен», 1819), «Spiewy Historyczne» польского по­эта Ю. Немцевича (1816 и другие издания), а также воспринял влияние поэм Бай­рона и южных поэм Пушкина.

Структура дум Кондратия Федоровича и его поэм очень сходна; они отли­чаются только объемом: дума — неболь­шая поэма, «Войнаровский» — разверну­тая дума. Большинство дум — обрамлен­ный пейзажем лирический монолог героя, раскрывающий его внутренний мир. Это легендарный Боян, исторические личности Дмитрий Донской, Богдан Хмельницкий, Курбский, Наливайко, Державин, Иван Сусанин и др. Герои даны резкими крас­ками, без светотеней, без полутонов. Внут­ренний мир их обнаруживается в кон­фликте с окружающей средой, в столкно­вении с тиранией. Поступки героев иллю­стрируют их неизменный облик. Любов­ный конфликт отсутствует или только слег­ка намечен. Герои раскрыты в их безза­ветном служении делу борьбы за освобож­дение от тирании, за свободу отчизны, в их преданности этой идее и людям, ею за­хваченным, в их стойкости и твердости, в готовности жертвовать собой. Утвержде­ние единства интересов личности и общест­ва на основе борьбы личности за свободу родины, борьбы, в условиях которой лич­ность готова жертвовать собой, характерно для дворянских революционеров Представление об исторически и социаль­но неизменном национальном характере человека-гражданина, русского человека, обусловило обращение Рылеева к историческому материалу и характер его трактовки. Прошлое отличалось, в понимании Рылеева, от современности только «местностью», кон­кретными событиями, но не характерами творивших историю людей, поскольку они были русскими людьми. Объективная исто­рическая правда не интересовала поэта- романтика. Герои дум и поэм Кондратия Федоровича целиком захвачены современным поэту пафосом свободолюбия и лишь в своем внешнем облике отнесены к прошлому. Думы и поэмы его наглядно показывают крайне интенсивное развитие его творчества, что было следствием углубления его рево­люционного мировоззрения и роста даро­вания. Усиливалась политическая острота его произведений.

Первые думы («Боян», «Олег Вещий») в политическом отношении довольно неопределенны. Последующие думы, а затем поэмы типично декабрист­ские по своему содержанию. Думы, особен­но ранние, весьма несовершенное осуще­ствление принципов гражданского роман­тизма в жанре поэмы. «Войнаровский» — гораздо более зрелое произведение. Образ главного героя значительно осложнен. Отчетливее дан колорит местности.

В «На­ливайко» и «Палее» элементы историзма еще сильнее.

Совершенствуется язык, в последних думах, особенно в «Войнаровском», речь в значительной мере освобож­дается от метафоричности, синтаксис ста­новится более сжатым, уменьшается чис­ло славянизмов, чаще встречаются мест­ные слова. Пушкин отрицательно отнесся к думам, за исключением «Ивана Суса­нина». Но гораздо благосклоннее воспри­нял он «Войнаровского».

«Рылеева «Войнаровский», — писал Пушкин, — несрав­ненно лучше всех его дум», поэма «нужна для нашей словесности». Произведения Рылеева К.Ф. явились образцами для целого ряда поэм гражданского романтизма (Языков, А. Бе­стужев, Ф. Глинка, Кюхельбекер, Батеньков и других).

Поэзия Рылеева во многом по­могла формированию творчества Поле­жаева, Лермонтова, Огарева, Некрасова.

Кондратий Федорович хорошо понимал и остро переживал противоречия декабристского движения, прежде всего противоречие между борьбой за общественную свободу и пассивностью большинства общества. Вслед за Пушки­ным («Сеятель», 1823) он констатировал:

«Всюду встречи безотрадные!

Ищешь, сует­ный, людей,

А встречаешь трупы хладные,

Иль бессмысленных детей» («Стансы», 1824—25).

Если часть декабристского ок­ружения, осознав это противоречие, стала на путь примирения со всесильной действи­тельностью (Давыдов, Языков, Вяземский), другая — вернулась к традициям психоло­гического романтизма (Веневитинов, Ба­ратынский); если Пушкин перенес свое внимание художника и мыслителя на осо­знание причин общественной пассивно­сти большинства, Рылеев К.Ф оставался верен идее борьбы во имя конечной победы свободы, сознавая неизбежность гибели на данном этапе этой борьбы. В поэме «Наливайко», в главе «Исповедь Наливайко», он писал:

Известно мне: погибель ждет

Того, кто первый восстает

На утеснителей народа;

Судьба меня уж обрекла.

Но где, скажи, когда была

Без жертв искуплена свобода?

Погибну я за край родной,—

Я это чувствую, я знаю,

И радостно, отец святой,

Свой жребий я благословляю!

Рылеев Кондратий Федорович и в своей политической деятельно­сти, и в своей поэзии был одним из тех, кого имел в виду В. И. Ленин, когда от­мечал: «Лучшие люди из дворян помогли разбудить народ» (Соч., т. 19, с. 295).

Умер — [13(25).VII. 1826], Петербурге.

 
Библиотечные мероприятия | Биографии